Иван Крылов: писатель или переводчик?

Сегодня отмечают Всемирный день любителей сыра. Пара таких любителей, между которыми на этой почве произошёл гастрономический конфликт, особенно знамениты благодаря басне Ивана Крылова «Ворона и лисица».

Сюжет о лисице, лестью выманившей лакомство у вороны, придуман не Крыловым. Прежде его использовал Жан де Лафонтен, ещё раньше – Эзоп. Но значит ли это, что главный русский баснописец банально переводил чужие шедевры и присваивал себе авторство?

Эзопов язык

Ведутся споры, кто стал родоначальником басен. Первенство присваивают древнегреческим авторам: то Гесиоду, то Стесихору, то Эзопу. Но безусловно популярным жанр сделал именно последний.

Будучи рабом, он описывал пороки своих хозяев иносказательно: через сцены с животными. Такой подход окрестили «эзоповым языком».

Произведения Эзопа считаются классикой, и именно у него можно найти многие сюжеты, использованные в дальнейшем Крыловым и не только.

Стихи и переводы

Несколько веков спустя басни Эзопа облачил в стихотворную форму древнегреческий поэт Бабрий, задав тем самым стандарт на столетия вперёд. Примеру Бабрия последовали древнеримский поэт Федр, а значительно позже – его французский коллега Жан де Лафонтен.

В XVII веке главным европейским баснописцем считался именно Лафонтен. Поэт использовал классические сюжеты и не скрывал авторства Эзопа. Первая его книга так и называлась: «Басни Эзопа, переложенные в стихах г-ном де Лафонтеном».

Впрочем, со временем, он начал всё более вольно трактовать исходные тексты, смещая акценты в эзоповских баснях.

Мораль сей басни какова?

Отличия в тех или иных изложениях встречаются как принципиальные, так и не очень. К примеру, в басне Эзопа лисица выудила у ворона мясо. Сыром его заменили Лафонтен а, потом и Крылов.

Но куда интереснее подача и выводы. В исходной версии лисица высмеивает скудоумие ворона: Если б тебе ещё ума побольше, быть бы тебе царём».

У Лафонтена лис поучает ворона: «…всякий льстец кормится от тех, кто его слушает», - и считает сыр платой за урок. А ворон клянётся, что другого урока ему не понадобится.

Крылов же подчёркивает необучаемость общества: «Уж сколько раз твердили миру…»

А в варианте немецкого поэта Готхольда Лессинга наказанным остаётся льстец: мясо оказалось отравленным, и хитрая лиса погибла.

Собственный голос

Многие баснописцы, переводившие Эзопа, пробовали придумывать собственные сюжеты. Не стал исключением и Иван Крылов. Причём эти басни оказались не менее популярными, чем основанные на эзоповских произведениях.

Как правило, они были связаны с политической обстановкой или характерными чертами русского общества. «Волк на псарне» и «Кот и повар» - о войне с Наполеоном, «Сочинитель и Разбойник» - о российских устоях, «Квартет» - о местных реформах, «Кошка и Соловей» - о придворных поэтах, «Лебедь, щука и рак» - о внешней и внутренней политике…

Писатель или переводчик?

Адаптация к отечественным условиям и отсылки к русским общественным устоям присутствуют и в работе с сюжетами, которые Крылов заимствовал у других баснописцев. Основа оставалась узнаваемой, но нюансы, а порой и мораль становились самобытными.

Крылов менял не только это. Его версии отличались от переводов в классическом понимании ещё и слогом. Лафонтен и Эзоп на русском языке выходили и до Крылова. Но это были, в большинстве, скорее косноязычные подстрочники, а не литературные произведения.

Крылов же выверял каждое слово. Более того, он первым, ещё до Пушкина, сделал рывок в сторону современного литературного языка, приблизив его к разговорному.

И хотя полностью авторскими многие его басни не назовёшь, с учётом вышеизложенного, переводчиком Крылов тоже не был. Он был именно писателем, который занял своё место на литературном олимпе вполне заслуженно.